Брестский калейдоскоп
 
КЛАССНАЯ БУРДА






Мысли из-за пазухи

Ал. Пейлук

Не спешите делать все с налету,
Подарить цветы, к примеру, даме.
Прежде чем обрадовать кого-то,
Научитесь радоваться сами.

***

В молодости, в старости ли, от Фемиды воинства,
Соблюдая, хоть едва, правила приличия,
Требуя защиты чести и достоинства,
Надо было б доказать таковых наличие.

***

Вгрызаясь в науку и ночью, и днем,
Напрасны все наши старания.
Я вижу, чем больше мы мир познаем,
Тем ширится наше незнание.

***

Претензий к поэзии нет,
Не всякий кто пишет, поэт.

***

Боксера, принимавшего загар,
Послал в нокаут солнечный удар.



Занозы из прозы

Великие люди творят! Но бывает, такое натворят...

У знаменосцев задача одна – крепко держать знамя. И не важно, какого оно цвета.

Жизнь прошла мимо, красивая, но чужая.

Кот, по сравнению с псом, животное умное и не скандальное. Он, например, никогда вас ни с того ни с сего не облает.

Опередившие время вынуждены сидеть в одиночестве и дожидаться остальных.

После сотворения мира у людей возникло много вопросов, касаемо его совершенства.



НУ, ЗА УПОКОЙ!

Ив. Макусин

Рыбацкие истории обычно банальные. Кто чего поймал, сколько и каких размеров. Последнему уделяется особое внимание. Трудно кого-либо удивить и тем, что рыбаки любят и умеют врать. Причем в свои нахальные рыбацкие байки они верят сами, что еще больше возмущает справедливого слушателя или читателя. Зато эта история совершенно не связана с рыбацким счастьем – удачным уловом, размер которого никак не меньше размаха рук Юрия Долгорукова. Ну и, разумеется, абсолютно правдивая.

Я, Михал Михалыч, или просто Миша, Константин Константиныч, или просто Костя, постоянно ездим вместе на рыбалку на ленивой Костиной «девятке». Хотя эта паскудница и не любит, чтобы на ней катались, поэтому часто ломается, но по проходимости она оставляет позади все иномарки и даже хваленые джипы, с которых хозяева часто сдувают пыль и повсеместно катают по асфальту гламурных барышень, и уж ни в коем случае не ездят по бездорожью. Да и о рыбалке они имеют весьма смутное представление, почерпнутое из названия ресторана «Суши весла».

Но они здесь не при чем, то есть абсолютно не имеют никакого отношения к нашей рыбацкой истории.

Утром в субботу мы, как обычно ,втроем выехали на свое излюбленное место. День, судя по ясному небу, обещал быть погожим, и мы, богато экипированные, прибыли на берег с настроением хорошо отдохнуть, ну и по возможности наловить рыбы.

Быстренько расставили палатку, подготовили снасти и бросили жребий, кто останется на берегу, стеречь имущество и удить, скучая в одиночку, а кому представится возможность искать рыбацких приключений на средине озера в хлипкой зеленой надувной лодке.

Мне, как это случается часто, «повезло».

Традиционно перед началом рыбной ловли мы обозначили легкий завтрак с ритуальным тостом.

Ловись, ловись рыбка, мала и велика,

И до первой рыбки больше ни глотка.

Приняв по пару капель объемом 150 грамм на каждого, Костя с Мишей отчалили, а я забросил удочки и стал ждать, когда большая голодная рыба набросится на наживку из жирного земляного червя.

Скоро недалеко от нашего рыбацкого лагеря появилось еще четверо рыбаков, судя по всему не профессионалов, так как вместо того, чтобы начать с традиционного ритуала, сразу бросились разматывать и забрасывать удочки.

Гроза налетела так неожиданно, что я едва успел спрятаться в палатку, откуда стал наблюдать за Мишей и Костей, которые налегли на весла, понимая, что мне повезло значительно больше, когда я вытянул короткую спичку жребия. Дождь усилился, и за пеленой дождя мои рыбачки стали постепенно пропадать из виду. И тут я увидел, как в лодку или рядом с ней ударила молния, и за стеной усилившегося дождя все скрылось. Я вскочил, выбежал к берегу, но, что делать, сообразить не мог.

Соседи, приехавшие чуть позже нас, спрятались в палатку и, видать, сидели, проклиная Зевса-громовержца и Федора Тютчева, любителя грозы в начале мая.

Я прибежал к ним и впопыхах рассказал, что случилось с Мишей и Костей.

- Надо их как-то спасать! – кричал я под грозные раскаты грома и шум проливного дождя.

- Ну, и как ты собираешься это делать? – рассудительно заявил один из четверых, засевших в палатке, бородатый рыбак, – на-ка возьми лучше выпей и успокойся.

Мне, промокшему до нитки и до крайности взволнованному, предложение бородатого было как раз кстати. Осушив стакан, я несколько успокоился.

- Раз уж так случилось, помянем наших братьев по нелегкому рыбацкому виду спорта, – предложил мужик, сидевший рядом с бородачем, – а погода наладится – пойдем искать.

Поминали, как положено, три раза. На четвертый водки уже не хватило.

- Мы много взяли, – промычал я,– на троих, по формуле (n+3), на каждого по две, я сейчас сбегаю, за ребят...мне плевать на грозу.

Через пару минут все наши запасы перекочевали в палатку к соседям. Дождь не стихал, и мы тоже. Вскоре кто-то нечленораздельно запел песню про танкистов. А еще через неопределенный промежуток времени меня кто-то начал будить. Залитые горем глаза узрели стоящих Мишу и Костю.

- Вы откуда, ребята, – пробормотал я, – вы же утонули, в вас молний ударила, своими глазами видел.

- А мы по вас уже и поминки справили, – добавил бородатый, продирая глаза.

- Мы до берега догребли и под лодкой сидели, пережидали дождь. А молния в самом деле ударила, но рядом. Да живы мы, живы! – убеждал просыпающихся рыбаков Костя, – глядите, погода наладилась.

- А выпить что-нибудь осталось, – спросил Миша, подозрительно глядя на пустые бутылки, – наверное, все подмели за упокой.



© Брестский калейдоскоп, 2020. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.