Брестский калейдоскоп
 
КЛАССНАЯ БУРДА






Мысли из-за пазухи

Ал. Пейлук

Для них что падшее – то свято.
Блюсти законы – западло.
По жизни не люблю фанатов.
От них все зло.

***

Факт был отмечен с досадой и вздохом глубоким:
«Даже в толпе ощущаю себя одиноким».

***

Идейно критику любил
И, твердо стоя на платформе,
О недостатках говорил
Лишь только в превосходной форме.


Занозы из прозы

Менять пол дело не хирургов, а плотников.

В гостях хорошо, когда нет дома.

Полиция усилила охрану самой себя.


ПРАВЕДНЫЙ ОБМАН

Ив. Макусин

Врать, конечно, грешно, равно как и обманывать. Как говорится в народе: нет такого тайного, чтобы не стало явным. Все равно правда-матка всплывет наружу. И если ты, к примеру, уже два раза засветился на вранье, будь покоен – больше тебе не поверят, даже если будешь говорить чистую правду. Притча такая есть. Как-то один веселый пастух два раза пошутил, что, дескать, волки хотят напасть на стадо овец. Мужики, работавшие неподалеку на заготовке дров и прибежавшие на крик шутника, жертвуя выполнением производственного плана, были досадно расстроены дурацкой шуткой. Зато в третий раз, когда волки действительно решили отобедать бараниной, никакие крики и заклинания пастуха не помогли. Дровосеки были твердо убеждены: снова сукин сын хочет обмануть. Волки скушали половину стада и даже было хотели полакомиться самим пастухом, но, к счастью, на пастбище росло одинокое дерево, где и укрылся незадачливый пастырь овечьей отары.

Впрочем, эта притча к нашему рассказу никакого отношения не имеет. Это так к слову. Бессовестного многократного обмана в плутовских действиях нашего героя не произошло, хотя, конечно, это порочное антиобщественное явление присутствовало, но, к счастью, только в однократном виде. Оно, если внимательно разобраться, такой обман можно справедливо назвать если не святым, то, по крайней мере, заслуживающим уважения. Такой обман порой даже полезен. С одной стороны он помогает людям решить свои мелкие бытовые проблемы, а с другой – показывает формальный бюрократический подход некоторых ответственных работников к выполнению своих служебных обязанностей.

А дело было так. Как-то два парня, два друга после службы в армии решили начать свою трудовую деятельность и общественно значимую карьеру в городе. Давай, думают, станем городскими жителями. Тут тебе и удобства прямо в квартире, не надо бегать до ветру во двор в мороз и стужу. Пиво, опять же, всегда свежее. Да и жену можно подыскать не без образования. Учительницу, например, или юриста, а то гляди и начальника какого-нибудь важного производственного отдела в общепите.

Словом, приехали они в город Н… и сразу же устроились на работу. Правда, в кадрах сразу сказали, что, дескать, жилья и прописки пока предоставить не можем, нет, мол, такой физической возможности. Так что пока как-нибудь перекантуйтесь. А рабочие руки нам нужны даже без прописки.

Один из них, которого звали Лёня Колокольчиков, не слишком огорчился, так как в городе жил его дядя – известный в городских службах большой человек.

Близкий родственник, конечно, временно приютил Лёню, а вот его другу-сослуживцу пришлось обосноваться на железнодорожном вокзале. Обстановка там по ночам тихая, спокойная, если не считать, что милиционеры будят через каждый час, чтобы тебя часом не обчистили всякого рода проходимцы и вокзальные жулики. Ну и, конечно, через пару дней служители порядка начинают замечать твое постоянное присутствие на вокзале в ночное время. Начинают проявлять интерес к документам, к прописке, национальной принадлежности и другим графам паспорта. Грозятся, что если, мол, не сменишь ночное место пребывания, то запросто могут устроить ночлег в отделении милиции.

А Лёня, устроившись у дяди, через пару дней почувствовал легкое раздражение жены близкого родственника от постоянного Лёниного присутствия.

В то время имело место так называемое телефонное право. Через пару дней дядя позвонил в одну из организаций и убедительно попросил предоставить его племяннику одно койко-место в общежитии. На Лёнином заявлении неким начальником была поставлена высочайшая резолюция: Выделить 1 койко-место для проживания в ведомственном общежитии.

Дружба в молодости большое дело. А особенно она процветала в доперестроечные времена, когда люди дружили крепко и даже часто ходили друг к другу в гости. Угощения были не особо шикарные, но килька в томатном соусе, овощно-грибная солянка, чесночная колбаса и краснодарский чай всегда имелись в наличии. Портвейн «Агдам» или «Три топора» также не являлись неким дефицитом и были вполне досягаемыми по цене. Так что гостеприимство было всегда на высоте.

И вот, встретив на работе бездомного друга, Лёня страшно огорчился. Меня, дескать, используя служебное положение, устраивают в общежитие, а друг остается без крыши над несчастной головой, без определенного, так сказать, места жительства.

И тут Лёне пришла неожиданная идея. Идея дерзкая, но с явным запахом нахального подлога. Аккуратно подтерев цифру 1, Лёня на ее место ставит цифру, следующую в ряде простых чисел непосредственно за ней. Получилось, что для некого Лени Колокольчикова согласно резолюции необходимо Выделить 2 койко-место для проживания в общежитии.

Заведующая общежитием бегло ознакомившись с резолюцией, совершенно не вникая в содержание заявления и раздраженно отметив, что надоели блатные жильцы, из-за которых своим не хватает мест, выписала два ордера и распорядилась кастелянше выдать постельные принадлежности. На следующий день друзья отдали свои паспорта на прописку.

Конечно, этот обман нельзя назвать по настоящему святым, но что-то от светлой праведности в нем все-таки присутствует.




© Брестский калейдоскоп, 2020. При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.